Осенью 2025 года граница России с Кыргызстаном превратилась в бутылочное горло для тысяч грузовиков. То, что годами работало как отлаженный механизм — прямые поставки на маркетплейсы, минимум документов, быстрое оформление — внезапно остановилось. Сентябрьские очереди из фур, везущих зимнюю одежду к пиковому сезону, стали первым видимым симптомом глубинных изменений в таможенной политике. За 10 месяцев 2025 года ФТС выявила 8500 грузовиков с нелегальными товарами — 130 тысяч тонн контрабанды против 7000 случаев годом ранее. Цифры говорят сами за себя: государство вернулось к режиму усиленного контроля.
Проблема оказалась шире, чем просто административные придирки. Россия фактически уравняла требования к поставкам из стран ЕАЭС с импортом из третьих стран. Кыргызстанские производители столкнулись с необходимостью не просто иметь контракт с российской компанией-декларантом, но и выстраивать полноценные юридические структуры для работы. Схема, при которой товар отправлялся напрямую на фулфилмент-центры Wildberries и других платформ, перестала существовать в прежнем виде.
Государственная машина запустила комплексную перестройку таможенного контроля. С 30 ноября 2025 года вступило в силу постановление №1669, дающее ФТС право требовать от декларантов протоколы испытаний и доказательную базу по сертификации товаров. Это не разовая акция, а системный разворот после периода послаблений, когда рынок привык к относительной свободе.
Обязательная цифровая маркировка товаров — одежды, обуви, парфюмерии, техники — стала лишь одним элементом новой реальности. Порог беспошлинного ввоза через интернет-магазины упал до 100 евро в месяц на получателя. Появилось требование предварительной подачи декларации при поставках из ЕАЭС. Ужесточились стандарты документации — теперь необходимы электронные инвойсы и детальные спецификации.
Юристы в сфере таможенного права отмечают: Россия движется к прозрачности рынка, но создает колоссальную нагрузку на малый бизнес. Для крупных игроков это вопрос адаптации процессов, для небольших компаний из Кыргызстана — вопрос выживания. Производители одежды, годами работавшие в «почти бесшовной» логистике внутри ЕАЭС, теперь вынуждены разбираться с новыми таможенными кодами и нести дополнительные расходы, к которым не были готовы.
Продление упрощенного порядка ввоза до 25 декабря 2025 года выглядит спасательным кругом, но по сути это лишь отсрочка неизбежного. Изначально льготный режим планировали завершить 10 декабря, однако декабрьские поставки требовали завершения — рынок не мог допустить коллапса в предновогодний период. К 9 декабря по упрощенной схеме прошло 3844 автомобиля, что позволило разгрузить пограничные переходы.
Но механизм этого упрощения красноречив. Груз пропускают через границу без полного пакета документов и готовой маркировки, направляя на склады временного хранения в России. Там происходит полное таможенное оформление — до 27 декабря 2025 года. Это не отмена новых требований, а их перенос с границы вглубь территории. Заместитель руководителя ФТС прямо назвал льготный период «амнистией», обязывающей легализовать товары.
Важная деталь: упрощенный режим не распространяется на живых животных, мясо, рыбу, молочную продукцию, фрукты, овощи, злаки, табак, оружие, медицинское оборудование. Для этих категорий требования действуют в полном объеме, без послаблений.
Перестройка ударила по всей цепочке — от производителей до перевозчиков. Массовые отказы от заказов спровоцировали острую нехватку средств у кыргызстанских фабрик. Зимняя одежда, которая должна была попасть на российский рынок в пиковый сезон, застряла на границе или вовсе не была отправлена. Недобросовестные импортеры, боясь проверок, перестали отправлять грузы в Россию, начав складировать их в Казахстане — это создало дополнительные логистические узлы и расходы.
Для транспортных компаний изменилась сама модель работы. Если раньше достаточно было взять груз в точке А и доставить в точку Б, теперь требуется глубокое понимание таможенного законодательства, работа с декларантами, контроль за маркировкой. Логисты международного уровня предупреждают: малый бизнес из ЕАЭС должен «переобуться на ходу», иначе выпадет из цепочек поставок. Это не метафора — компании, не успевшие выстроить новые процессы, уже теряют рынок.
Дополнительная бюрократическая нагрузка ложится на экспедиторов и брокеров. Статистическую форму учета перемещения товаров необходимо подавать не позднее 10-го рабочего дня месяца, следующего за месяцем отгрузки. Каждая ошибка в документах грозит задержкой груза, штрафами, а в худшем случае — конфискацией.
Несмотря на текущий шок, рынок ищет пути приспособления. Эксперты в логистической отрасли видят потенциал в трансформации Кыргызстана из транзитного коридора в центр консолидации грузов. Географическое положение страны на границе с Китаем, более низкая стоимость электроэнергии и рабочей силы по сравнению с Казахстаном и Россией сохраняют привлекательность для бизнеса.
Сценарий совмещения реэкспорта китайских товаров с поставками местного производства — например, текстиля — может оптимизировать загрузку транспорта и снизить издержки. Наличие на территории республики складов и пунктов выдачи российских маркетплейсов создает готовую инфраструктуру для распределения. Но реализация этого потенциала требует времени и инвестиций в легальные структуры.
Прогнозы о стабилизации логистических цепочек к осени 2026 года выглядят осторожно оптимистичными. Год адаптации — реалистичный срок для выстраивания новых бизнес-процессов, поиска надежных российских партнеров-декларантов, внедрения систем маркировки. Но этот процесс пройдет не безболезненно: часть игроков неизбежно покинет рынок, уступив место тем, кто готов работать в условиях жесткого контроля.
Таможенная реформа 2025 года знаменует завершение периода, когда бизнес мог рассчитывать на упрощенные процедуры в рамках ЕАЭС. Государство последовательно движется к унификации требований, уравнивая импорт из союзных стран с поставками из третьих государств. Это не временная мера и не результат технического сбоя — это стратегический курс на контроль и прозрачность.
Для транспортно-логистической отрасли это означает фундаментальную перестройку. Водителям-дальнобойщикам придется чаще сталкиваться с углубленными проверками на границе. Владельцам транспортных компаний — инвестировать в обучение персонала и автоматизацию документооборота. Грузоотправителям из Кыргызстана — выбирать между созданием российских «дочек» или работой через посредников, что в любом случае увеличит себестоимость.
Переходный период продлится до конца декабря, но уже сейчас ясно: старая модель работы исчерпана. Рынок войдет в 2026 год с новыми правилами игры, где легальность и прозрачность станут не конкурентным преимуществом, а базовым условием выживания. Те, кто поймет это раньше, получат шанс не просто адаптироваться, но и усилить позиции за счет выбывших конкурентов.
