31 января 2026 года премьер-министр Михаил Мишустин подписал постановление, которое продлевает ограничения на вывоз нефтепродуктов за рубеж до 31 июля. Решение касается бензина, дизельного топлива и других видов горючего — тех самых позиций, от стабильности цен на которые напрямую зависит рентабельность каждого рейса для транспортных компаний. Однако в этот раз правительство скорректировало условия: производители получили возможность экспортировать бензин, что должно предотвратить затоваривание НПЗ и сбои в производственных циклах.
Это уже не первое подобное ограничение. С июля 2025 года запреты на экспорт вводились и продлевались несколько раз, причем предыдущая версия, действовавшая с декабря до 1 марта 2026 года, была жестче — она полностью блокировала вывоз бензина для всех участников рынка, включая самих производителей. Новое постановление отменяет пять предыдущих регулирующих документов и фактически смягчает режим для нефтяных компаний, но сохраняет барьеры для независимых трейдеров.
Чтобы понять логику решения, нужно вспомнить, что происходило с топливным рынком в прошлом году. Летом и осенью 2025-го цены на АЗС росли на фоне повышенного сезонного спроса и плановых ремонтов на нефтеперерабатывающих заводах. Для перевозчиков это обернулось сжатием маржинальности — расходы на солярку выросли, а тарифы за это время не успели скорректироваться в той же пропорции.
Правительство тогда применило несколько инструментов одновременно: ввело временные экспортные запреты, обнулило 5-процентную пошлину на импорт нефтепродуктов (мера действует с 10 октября 2025 по 30 июня 2026 года) и отменило предельные уровни цен на бензин и дизель (с 1 октября 2025 до 1 мая 2026 года). Вице-премьер Александр Новак в конце декабря характеризовал ситуацию как «абсолютно сбалансированную», отмечая, что запасы топлива превышают уровень 2024 года, а период повышенного спроса пройден устойчиво благодаря регулированию «в ручном режиме».
Тем не менее, в январе 2026 года бензин на автозаправках снова подорожал в среднем на 1,2 процента. Для дальнобойщиков и логистических компаний это сигнал: стабильность на топливном рынке остается хрупкой, а государство продолжает активно вмешиваться в ценообразование.
На первый взгляд, продление экспортных ограничений — мера, направленная на удержание топлива внутри страны и сдерживание цен. Для транспортников это теоретически позитивный фактор: чем больше горючего остается на внутреннем рынке, тем ниже риск дефицита и скачков стоимости. Однако дьявол, как всегда, в деталях.
Исключение для производителей означает, что крупные НПЗ смогут выводить бензин на экспорт, если им это необходимо для баланса загрузки мощностей. По данным отраслевых источников, крупнейшие российские заводы уже начали готовиться к возобновлению экспорта еще в ожидании снятия ограничений. Это логично: затоваривание резервуаров грозит остановкой производства, а остановка и последующий запуск НПЗ — процессы дорогие и технологически сложные.
Для перевозчиков такая гибкость режима несет двойственный эффект. С одной стороны, бесперебойная работа НПЗ — это стабильное предложение топлива. С другой — возможность экспорта уменьшает объем нефтепродуктов, который гарантированно останется на внутреннем рынке, особенно если мировые цены окажутся привлекательнее внутренних. При этом разрешение на экспорт может распространяться на топливо, поставляемое в рамках международных межправительственных соглашений, в страны ЕАЭС при соблюдении определенных коэффициентов, а также для гуманитарной помощи.
Срок действия ограничений — до 31 июля — выбран не случайно. Это период, когда традиционно возрастает активность строительной техники, сельхозпроизводителей (посевная, уборочная) и туристических перевозок. Летние месяцы — пик потребления топлива, и любой дисбаланс спроса и предложения быстро отражается на ценах.
Для транспортных компаний ближайшие полгода — время, когда планирование затрат на ГСМ требует особого внимания. Рост цен в январе на 1,2 процента может показаться незначительным, но в масштабах годового потребления крупного автопарка это десятки миллионов рублей дополнительных расходов. Логистам стоит закладывать в расчеты возможность дальнейших колебаний, особенно ближе к маю-июню, когда начнется традиционный сезонный всплеск.
Одновременно действие обнуленной импортной пошлины до 30 июня теоретически позволяет компенсировать внутренний дефицит за счет зарубежных поставок. Однако логистика импорта топлива сама по себе сложна и не всегда оперативна, особенно в условиях санкционного давления и ограничений на расчеты.
Важный момент: глава «Роснефти» Игорь Сечин в конце прошлого года выступал против идеи компенсировать дефицит выпуском бензина сниженного качества и предлагал ввести для владельцев АЗС обязательство иметь месячный запас топлива. Если такая мера будет реализована, это может улучшить предсказуемость поставок для перевозчиков, но также потенциально увеличит издержки сетевых операторов, которые в конечном счете могут отразиться на розничных ценах.
Постановление вступило в силу со дня официального опубликования — 31 января. Это означает, что до конца июля рынок будет функционировать в режиме ограниченного экспорта с исключениями для производителей. Для транспортников это период повышенной неопределенности: с одной стороны, государство демонстрирует готовность вмешиваться ради стабилизации цен, с другой — сама необходимость таких мер указывает на сохраняющуюся напряженность в балансе спроса и предложения.
Опыт 2025 года показал, что правительство готово применять «ручное управление» рынком, оперативно меняя правила игры. Это создает сложности для долгосрочного планирования, но одновременно дает сигнал: топливный вопрос находится под пристальным контролем, и резкие скачки цен, если и возможны, будут купироваться административными методами.
Для владельцев автопарков, экспедиторов и логистов главная рекомендация остается неизменной: диверсифицировать поставщиков, отслеживать динамику цен в регионах присутствия и закладывать в контракты механизмы индексации топливной составляющей. Ближайшие месяцы покажут, насколько эффективным окажется новый формат ограничений — и успеет ли рынок стабилизироваться к началу осеннего сезона, когда история с дефицитом и ростом цен может повториться.
